Музы и их гении
Что вы знаете про машины марки «Мерседес»? Комфортабельные, с отличным дизайном, дорогие, из Германии. Может, кто-то (например, автомобилисты-фетешисти) знает, как звали основателей фирмы. Готтлиб Даймлер, Макс Дуттенхофер и Вильгельм Лоренц. Но здесь важную роль сыграли не они, а Эмиль Еллинек, глава представительства Daimler во Франции и консул Австро-Венгерской империи в Ницце. А еще более важная роль была уготовлена дочери Еллинека Адриане Мануэле Рамоне. Третий ребенок, лапочка-дочка, любимица родителей, Эмиля и Рахель, малышка росла красивой, умной и доброй. Но чтобы сказка состоялась,она должна была стать подарком судьбы для кого-то. Например, вдохновить рыцаря на победы над чудищами. Или музыканта на создания гениальной сонаты. Так и вышло. Только одарила она своего собственного отца. Однажды было придумано прозвище «Мерседес» («милосердие, грация» по-испански). А уже 23 февраля 1902 ее имя, дома девочку только так и звали, было зарегистрировано в качестве официальной товарной марки. Про судьбу бренда говорить не приходится – все и так знают, как необходим для роскошной жизни «шестисотый мерс». А к истории Адрианы Мануэлы Рамоны нужно вернутся. В июне 1903 папа, использую все свое влияние и положение, добился того, чтобы впредь именоваться не иначе как «Еллинек-Мерседес». И это единственный случай, когда отец взял в качестве фамилии прозвище дочери.
У такого оригинального родителя должна была получиться, по крайней мере, гениальная дочь. Однако Мерседес великодушно предоставила возможность купаться в славе папе, а сама получала проценты, музицировала и пела. Современники признавали ее неплохой певицей и просто красивой женщиной. Тем не менее девушка становилась героиней скандальных хроник два раза – оба после непростых разводов. А вот отцовская любовь к автомобилям ее никогда не посещала. К концу жизни Мерседес пропала из поля зрения и позже умерла от туберкулеза в 1929 году.
Твой милый взор, невинной страсти полный,
Златой рассвет небесных чувств твоих
Не мог - увы! - умилостивить их -
Он служит им укорою безмолвной.
Сии сердца, в которых правды нет,
Они, о друг, бегут, как приговора,
Твоей любви младенческого взора,
Он страшен им, как память детских лет.
Эти строки великий русский поэт Тютчев, тогда еще не признанный, посвятил женщине, изменившей его судьбу. Амалия Максимилиановна Крюденер писала: «Теодор, милый смешной «русский», и как смешно он улыбается, как смущенно теребит перчатки... Говорят, он поэт…» Своей красотой и незаурядным умом уроженка Германии сумела очаровать Тютчева. Амалия хорошо знала, какое впечатление может произвести на мужчин, и «смешной русский» не стал исключением. Он был любезен, мил. Постоянно смущался, и его щеки становились красными помидорками. Но «счастье быстротечно». Поздней осенью 1824 года Тютчев просил руки красавицы Амалии у ее родителей. Амалия была согласна, но Теодор был всего лишь нетитулованным внештатным дипломатом, небогатый и такой молодой. Так что его с трудом можно было бы назвать удачной партией для Амалии. Вскоре они все же женили дочь. На секретаре русской дипломатической миссии бароне Александре Сергеевиче Крюденере. Так закрутился роман, растянувшийся на несколько десятков лет. Приехав в Россию, Амалия стала одной из первых красавиц, имела влияние на Бекендорфа, Пушкина, Вяземского. Встреча с Тютчевым состоялась в Карлсбаде. Теперь она была уже графиня Адлерберг, жена генерал-губернатора княжества Финляндского Николая Владимировича Адлерберга, а он признанной поэтическое дарование. Тогда Тютчев написал:
Я встретил вас - и все былое
В отжившем сердце ожило:
Я вспомнил время золотое -
И сердцу стало так тепло.
Для поэта уже наступила «поздняя осень». Его муза же ничуть не изменилась. Она все также любила своего «смешного русского», маленького и слабого человека с седыми кудрями.
В марте 1873 года состоялась их последняя встреча: «Вчера я испытал минуту жгучего волнения вследствие моего свидания с графиней Адлерберг, моей доброй Амалией Крюденер, которая пожелала в последний раз повидать меня на этом свете и приезжала проститься со мной. В ее лице прошлое лучших моих лет явилось дать мне прощальный поцелуй».
Неполным был бы мой рассказ без поистине великой женщиной, которой удалось возвести имя своего возлюбленного в разряд гениев. Лена Дьяконова родилась в Казани, хотя провела детство и юность в Москве, училась в одной гимназии с Мариной Цветаевой. Там же, видимо заболела туберкулезом. Но кто знал, что эта страшный недуг сделает ее одной из самых известных женщин мира. В Швейцарии, практически в лечебнице, она познакомилась с Полем Элюаром, проходившим такое же лечение. Пылкости, страсти и одаренности хватило для того, чтобы влюбить в себя молодого Элюара. Он прозвал ее Gala (fr. торжество, праздник). Она стала его музой, подарившей ему несколько счастливых лет и дочь Сесиль. В 1921 Элюар и Гала посетили художника Макса Эрнста в Кёльне. Там же зародился любовный треугольник, который нисколько не скрывался. Кто знает, как долго он бы просуществовал, но в 1929 году Гала узнала, что значит настоящее счастье. Это счастье звали Сальвадоор Фелиипе Хасиинто Дали и Доменеч. Молодой художник и женщина, старше его на десять лет, официально зарегистрировали свой брак в 1932.
Именно она взяла в руки дела мужа и смогла сделать из него сенсацию сюрреалистического мира. Несмотря на многочисленные романы с обеих сторон, и Сальвадор, и Елена обожали друг друга, той любовью, которая была понятна только им одним. Но именно такая любовь дарит нам гениев и их муз.
ХО ХО
Автор: Радунцева Александра
|
|
6 баллов
6 голосов |
добавить в избранное
|
|
подписаться
на комментарии
|
пожаловаться
|
Эту статью оценили читатели
Сказать спасибо автору за статью
Комментарии
Добавить комментарий
Что бы добавить комментарий Вам надо авторизоваться на сайте.
Екатерина Некапризнаянаписано месяц назад
