Тенденции современного театра


Подписывайтесь на нашу группу в Фейсбуке

И снова театр. Разный и бесконечный. Речь пойдет о некоторых его тенденциях, которые можно наблюдать в наше время и в нашей стране.

Современный театр не терпит глухоты. Новые режиссерские решения. Новые идеи, возникающие в чьем-то сознании и мгновенно принимающие сценические формы. Некоторые готовы придерживаться классики, иные желают текстовой свежести. Но даже люди, не работающие над новыми пьесами и тем более не пишущие их, привносят в старое нечто свое, по возможности делая его оригинальным. Отсюда некоторые тенденции современного российского театра.
В настоящее время зритель может наблюдать в театре бесконечность и многообразие, множественность. Театр постоянно нов и свеж. Режиссеры желают войти в историю и посему пытаются создать нечто интересное, оригинальное.

Претензия на советское время – одна из главнейших черт спектаклей, которые мы видим здесь и сейчас, в нашей жизни и в нашем веке.
Если честно, я не знаю, кто начал эту традицию, или почти традицию. Мой личный опыт просмотра подобных спектаклей начался со знакомства с творчеством Кирилла Серебрянникова, который несколько лет назад пришел в Московский художественный театр и поставил в нем «Лес», притом сделав сцену похожей на советский санаторий, и призвав актеров петь «Беловежскую пущу». Этому представлению около пяти лет, и я уверена, что подобная режиссура имела место и ранее. Мое впечатление от этого спектакля было неоднозначным и спорным. Конечно, это логично и хорошо – лучше, чем, если бы я могла сказать по поводу увиденного спектакля несколько однозначно-простых слов вроде «Ой, как замечательно!» или «Ой, какой ужас!», и все же на некоторое время я впала в состояние фрустрации, а из него, знаете ли, не так просто «выпадать».
Меж тем, Кирилл Серебряников увлекся и поставил в том же духе еще одно произведение, поставил «Фигаро», затасканного театральными деятелями, не знающего, куда спрятаться от бесконечных режиссерских глаз.

Далее мне довелось увидеть другой спектакль, пронзенный той же претензией на советское время, поставленный по классическому-классическому и более того по хрестоматийному произведению «Отцы и дети» молодым режиссером Константином Богомоловым. Уж не знаю, видел ли Богомолов спектакли Серебрянникова и решился ли незаметно позаимствовать у него идею и обработать ее по-своему. Может, это совпадение – одна и та же мысль пришла в голову разным людям и в разное время. Такое бывает, тем более в театре. К тому же, как в столичных, так и в нестоличных театрах, наверняка, существует множество других примеров подобных постановок.
После «Отцов и детей» Богомолова мне хотелось воскликнуть: «Это что-то знакомое!». Анна Сергеевна была превращена в советскую-советскую певицу, а Фенечка расхаживала по сцене в красных сапожках.

Я, уже натруженная соответствующим театральным опытом, сдержала себя и сумела не впадать в состояние фрустрации. И у меня было такое ощущение, будто я созерцаю некое безумно важное историческое событие. Еще бы! При мне сформировалась театральная тенденция. По крайней мере, я сумела проследить ее логику.
Разумеется, это мой маленький мир, мой маленький театр. Там, в этом мире и в этом театре, я вижу то, чего не видят другие, обитающие в иных театральных и реальных мирах. Но ведь если помножить все эти миры друг на друга, то получился самый настоящий театр, правда?

Источник►

Рекомендуем